МИССИС АРНОЛЬД-ФОРСТЕР
Мир магии и мантики

Мир магии и мантики

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ФОРУМ ГРАФИЧЕСКОЙ И РИТУАЛЬНОЙ МАГИИ И МАНТИКИ! .


 
ФорумФорум  ЧаВоЧаВо  РегистрацияРегистрация  ВходВход  
Вход
Имя пользователя:
Пароль:
Автоматический вход: 
:: Забыли пароль?
Последние темы
Социальные кнопки
Декабрь 2016
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
КалендарьКалендарь
Лунный календарь
Радио

Время

Самые активные пользователи
Ева (22473)
 
Индиго (12102)
 
Иссидора (7336)
 
Тифони (3851)
 
Darinna (2587)
 
Марена (2423)
 
Мелана (2396)
 
Охара (1940)
 
Мираслава (1492)
 
Ledi (1202)
 
Самые активные пользователи за месяц
Ева
 
Иссидора
 
Фрейя
 
Мираслава
 
merlin
 
Акесо
 
Zabava
 
Ольга Z
 
merlian
 
Tajana
 
Статистика
Всего зарегистрированных пользователей: 910
Последний зарегистрированный пользователь: Добрая Фея

Наши пользователи оставили сообщений: 80578 в 32493 сюжете(ах)

Поделиться | 
 

 МИССИС АРНОЛЬД-ФОРСТЕР

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
АвторСообщение
Индиго
Admin
Admin


Сообщения : 12102
Очки : 28072
Дата регистрации : 2014-01-12

СообщениеТема: МИССИС АРНОЛЬД-ФОРСТЕР   Пн Июн 13, 2016 9:04 pm

МИССИС АРНОЛЬД-ФОРСТЕР
 
Несмотря на то, что миссис Арнольд-Форстер долгое время наблюдала свои сны, ей удалось увидеть лишь самые простые типы осознанных сновидений. Мы уже обсуждали метод, при помощи которого она училась осознавать, что спит, в ситуациях, когда сон приобретал особенно неприятный характер. После момента осознавания ее сон иногда возобновлялся, но уже в обычном качестве.
Интересно сравнить описания ее обычных и осознанных сновидений. В ее осознанных сновидениях не происходит характерных для обычных снов изменений самовосприятия, например, поочередного отождествления с различными персонажами сна:
Я сидела в кресле и перелистывала страницы довольно большой книги. Они были квадратными и с большими полями — особенно наверху страницы, где печатались колонтитулы; книга была отпечатана очень четким черным шрифтом. Я пролистала ее и отметила, что она содержала три рассказа. «Содержание везде довольно мрачно», — подумала я про себя. Пока я читала, обстановка сна изменилась, и я превратилась в одного из персонажей первого рассказа, в котором речь шла о семейной паре. Я почти не помню событий — во всяком случае, своей роли в них, поскольку рассказ показался мне скучным, а сюжет — банальным. Потом я снова стала читателем и перелистала страницы до следующего рассказа — об убийстве, произошедшем еще до начала повествования. Убийца считал причины своего преступления достаточно вескими, а себя — невиновным и не заслуживающим наказания. Я проникла туда и вошла в личность этого человека. Я помню, как страстно убеждала себя и Бога в справедливости совершенного мною. Я никогда в жизни не была настолько уверена в чем-либо, как тогда в том, что моя совесть чиста и совершенное мною злодеяние — правомерно. Все это происходило для меня совершенно реально. Я вспомнила ужасное путешествие убийцы, описанное в «Оливере Твисте». «Люди, описывающие сознание убийцы, знают о нем очень мало», — подумала я. И, снова перевернув страницу, со словами: «Да, однако эти истории очень тяжелы», — проснулась.
Вот еще один похожий пример:
Я вышла наружу и смешалась с другими гостями, заполнявшими комнаты. На этот раз я была одета в платье из розового шелка, скрывавшее мои ноги до пола. Оно казалось мне красивым и нарядным, но сильно отличалось от узких облегающих платьев других женщин. «Я не надевала розового платья долгие годы, — подумала я, — неудивительно, что оно выглядит так старомодно, ведь оно долго пролежало в сундуке». «Вы должны сразу же вернуться», — произнес учитель, появившийся у меня из-за спины, и я мгновенно превратилась в ребенка, одетого в короткое поношенное платьице, с тоской возвращающегося вместе с другими детьми в ненавистную школу. Темпл Гарденз превратилось в широкую лужайку, и я прыгала вокруг больших кустов ежевики, стараясь как можно дальше убежать от нудных наставлений учителя. У меня снова было сознание ребенка, по-детски насмешливо относящегося ко всякой «взрослой» одежде. «Наверное, я не смогла бы так прыгать в том розовом платье», — подумала я.[1]
Сны с полетами миссис Арнольд-Форстер развивались примерно так же, как и осознанные сновидения у некоторых испытуемых. То есть происходило постепенное расширение диапазона возможных событий, и как только появлялся новый вид деятельности, он сразу же становился доступным и в следующих сновидениях. Однако в случае Арнольд-Форстер этот прогресс происходил не в результате целенаправленных усилий внутри самих сновидений, а скорее был исполнением ее пожеланий в состоянии бодрствования о том, какие сновидения она больше всего хотела бы увидеть. Она полагала, что сосредоточение на определенном сюжете работает как самовнушение, в результате которого нужный сон когда-нибудь придет:
Затем мне захотелось увидеть сон, в котором я летела бы над морем. В конце концов этот сон пришел, и я оказалась на берегу Атлантического океана. Я начала с нескольких неуверенных полетов над морем и вскоре обнаружила, что у меня не осталось страха. Полет в воздухе и скольжение по воде были одинаково безопасными и легкими, и я храбро летела вдаль над волнами Атлантики подобно чайке.
В последние годы полеты аэропланов навеяли похожие сны, в которых я занимала место пилота и выделывала на маленьком аэроплане воздушные петли, как опытный летчик.
Механические затруднения редко встречаются в сновидениях с полетами, а если и случаются неудачи (даже в сновидениях я не в состоянии разобраться в устройстве мотора), то мне нужно только покинуть аэроплан и лететь естественным для меня способом.[2]
Следующие наблюдения также демонстрируют постепенное развитие сновидений с полетами у Арнольд-Форстер:
В настоящее время в сновидениях с полетами я чаще всего оказываюсь в больших помещениях с высокими лестницами посреди незнакомых мне величественных зданий. Иногда я попадаю в Британский музей или какое-нибудь другое публичное место. Когда я хочу попасть в другой конец длинной комнаты, я с легкостью лечу вдоль нее. Подобно птице, попавшей в помещение, я поднимаюсь и лечу под потолком. Пока человек не привыкнет летать вместо того чтобы ходить, ему не понять, как велико расстояние между потолком и верхней частью дверей и окон. Надо немного опуститься и направиться в дверной проем, чтобы попасть из одной комнаты или галереи в другую. Когда начинается сон с полетом или скольжением, я всегда оказываюсь в своей «летной одежде» — длинной и прямой, на три-четыре дюйма ниже ступней. Причина этого следующая: один-два раза я двигалась сквозь толпу на забитой транспортом улице, скользя прямо над землей, и подумала, что люди могут заметить, что мои ступни движутся не так, как у них, и это может привлечь слишком большое внимание людей; поэтому я покинула оживленную Оксфорд-стрит и быстро перенеслась на полупустую Дюк-стрит. Оказавшись на этой тихой улице, я спокойно полетела вдоль нее. А в следующем сновидении я обнаружила, что одета в длинное платье, полностью скрывавшее мои ступни, поэтому никто не мог видеть, что я двигаюсь не так, как все. Иногда меня очень удивляет, что даже самые мои смелые полеты в людных местах совершенно не привлекают ничьего внимания. Правда, сейчас я к этому почти привыкла и считаю, что либо я просто не замечаю их реакции, либо я невидима.[3]
Следующие замечания показывают, что сновидения с полетами Арнольд-Форстер обладали некоторыми характеристиками осознанных снов:
Сновидения с полетами или скольжением, в какой бы форме они ни протекали, приносят с собой острое ощущение блаженства. Даже если такой сон полон различных происшествий или приключений, он всегда приносит отдых и обновление. Я просыпаюсь неохотно и очень жалею, что он закончился. Его сюжет обычно очень ясен и легко запоминается. Он редко бывает запутанным, как в некоторых снах.[4]
Как и ван Эйден, Арнольд-Форстер сделала на основе своих наблюдений вывод, что физические ощущения слабо влияют на сновидения с полетами:
... Я много раз пыталась выяснить, влияет ли как-нибудь телесное состояние на полеты во сне. Наблюдения показывают, что, как бы я ни лежала: на спине, на любом боку, лицом вниз, положив голову на руку — это никак не влияет на полеты во сне. Я ставила и другие эксперименты, — например, клала подушку в изножье кровати, чтобы ноги жестко в нее упирались, но и это, похоже, не играет роли. Более того: в этих сновидениях постоянно используются руки (с помощью их машущих движений я изменяю направление или скорость полета), но я обнаружила, что если одна или обе мои руки прижаты телом (даже если я просыпаюсь с затекшей рукой), — это никак не влияет на сновидение.
Многие сновидения Арнольд-Форстер очень интересны с точки зрения содержания. Как уже упоминалось, ее сны с полетами больше напоминают осознанные сновидения, чем обычный неосознанный сон. Кажется, будто ее сны иногда точно воспроизводят типичные черты некоторых осознанных сновидений. Это иллюстрируют следующие два отрывка:
В начале сна я чего-то ждала в высокой комнате офисного типа; я знала, что она находится в Министерстве Обороны. Стены комнаты были выкрашены в светло-зеленый цвет, и я заметила, что на них висят картины, причем очень беспорядочно и очень высоко. Я ждала донесения, которое вызвалась доставить в штаб армии в Бельгии, полетев туда привычным способом. Ожидание затягивалось, и я облетела часть комнаты, чтобы проверить свою способность летать и посмотреть, удобно ли будет стартовать из окна. Облетая комнату, я рассмотрела картины. Одна из них, небольшая гравюра Эрл Грея-младшего в узкой «ранневикторианской» золоченой раме, висела криво и поэтому привлекла мое внимание. Я попробовала выправить ее, но гвоздь, на котором она висела, выпал, и картина оказалась у меня в руках. В этот момент дверь открылась, и вошел офицер. Я опустилась вниз и стала извиняться, но он улыбнулся и сказал, что это не имеет значения. «Напротив — сказал он, — это скорее счастливая случайность: мы как раз искали какой-нибудь предмет в качестве вашего удостоверения или паспорта. Связь между лордом Греем и сэром Эдвардом Греем, нашим министром, хорошо известна за границей. Его картина сразу даст понять, откуда вы, и будет гарантией вашей репутации. Вы должны взять ее с собой!» «Какие зануды в этом Военном министерстве, — подумала я, — много мне удовольствия тащить с собой эту картину!» Однако я не стала возражать и привязала, как могла, ее за шнур к своей талии. Я попросила карту страны, необходимую для выполнения мой задачи. Офицер сказал, что они обшарили все министерство в поисках карты Бельгии, но нашли только очень старую; но затем он добавил: «Это не слишком важно, поскольку города и села Бельгии такие старые, что вы найдете их все на этой старой карте».[5]
В сновидении я присутствовала на приеме в Королевском обществе в Берлингтон Хаузе. Там были лорд Кельвин, лорд Рэлей, сэр Уильям Рамзай, мой зять сэр Артур Рукер и многие другие знакомые. Они стояли вместе маленькой группой, и мой зять попросил меня объяснить им, как я летаю. Я не могла объяснить, как это происходит, и сказала только: «Мне кажется, что летать легче, чем ходить». При этом я совершила несколько экспериментальных полетов, кружась под потолком, взлетая и опускаясь, а также несколько скользящих движений над землей. Они отнеслись к увиденному критически, как будто «защищаясь». Мне показалось, что они считали это новым и сомнительным экспериментом, напоминающим трюки фокусника. Затем выступил лорд Кельвин и в изящной манере, хорошо знакомой его друзьям, сказал, что он считал способность человека летать менее удивительной и менее противоречащей современному мировоззрению, чем другие. «Вероятно, в данном случае закон гравитации временно не действовал. Очевидно, этот закон какое-то время не действует на вас, когда вы летаете», — сказал он мне. Остальные согласились с этим. За группой людей стоял ассистент. Чтобы показать, что летать на самом деле несложно, я взяла его за руку, и, попросив его довериться моему руководству, я смогла поднять его на несколько дюймов над землей.[6]
Арнольд-Форстер комментирует также различные сенсорные ощущения в своих снах. Она приводит примеры сновидений, где важную роль играет цвет, а также утверждает, что в некоторых ее снах присутствуют запах и вкус. Среди ее замечаний есть следующие:
Сновидения моей матери... похоже, сосредоточены вокруг цвета; цвет — это деталь, которую она запоминает лучше всего. «В сновидении с горечавкой прошлую ночь, — пишет она, — я нашла на скалах прекрасный куст gent/ana verna вместе с напоминающим мох растением, чей желтовато-зеленый цвет контрастировал с темно-голубыми цветами горечавки».
Некоторые люди описывают мир своих сновидений как бесцветный; есть и те, кто говорит, что в их снах нет запахов. Возможно, виной тому их память, поскольку я нахожу в своих записях много наблюдений, относящихся к запаху и вкусу — причем это касается не только душистых цветов, но и более тонких впечатлений — таких, например, как в следующем сне: «Я ехала на машине по местности с крутыми холмами и низинами; начали сгущаться сумерки. Время включать свет еще не наступило, но слабый запах — холодный, чистый и отчетливый — предупредил меня, что, помимо естественной темноты, начал сгущаться легкий туман, скрывающий дорогу».
В некоторых снах появляется также ощущение вкуса, однако все впечатления от него быстро забываются после пробуждения. Я рассмотрела множество кондитерских изделий, в несбыточной надежде найти среди них конфету из одного сна — конфету восхитительного зеленого цвета и вкуса, который кондитер может создать, наверное, только во сне. [7]




[1] Arnold-Forster, pp. 85-86
[2] Arnold-Forster, pp. 67-68
[3] Arnold-Forster, pp. 74-75
[4] ArnoW-Forster, p. 66.
[5] Arnold-Forsler, pp. 71-72.
[6] Arnold-Forster, pp. 68-69.
[7] Arnold-Forster, pp. 145-146.
Вернуться к началу Перейти вниз
 
МИССИС АРНОЛЬД-ФОРСТЕР
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Мир магии и мантики :: ДРУГИЕ ПРАКТИКИ И НАПРАВЛЕНИЯ :: Осознаные сновидения-
Перейти: