ПАМЯТЬ В ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЯХ
Мир магии и мантики

Мир магии и мантики

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ФОРУМ ГРАФИЧЕСКОЙ И РИТУАЛЬНОЙ МАГИИ И МАНТИКИ! .


 
ФорумФорум  ЧаВоЧаВо  РегистрацияРегистрация  ВходВход  
Вход
Имя пользователя:
Пароль:
Автоматический вход: 
:: Забыли пароль?
Последние темы
Социальные кнопки
Декабрь 2016
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
КалендарьКалендарь
Лунный календарь
Радио

Время

Самые активные пользователи
Ева (22473)
 
Индиго (12102)
 
Иссидора (7336)
 
Тифони (3851)
 
Darinna (2587)
 
Марена (2423)
 
Мелана (2396)
 
Охара (1940)
 
Мираслава (1492)
 
Ledi (1202)
 
Самые активные пользователи за месяц
Ева
 
Иссидора
 
Фрейя
 
Мираслава
 
merlin
 
Акесо
 
Zabava
 
Ольга Z
 
merlian
 
Tajana
 
Статистика
Всего зарегистрированных пользователей: 910
Последний зарегистрированный пользователь: Добрая Фея

Наши пользователи оставили сообщений: 80577 в 32493 сюжете(ах)

Поделиться | 
 

 ПАМЯТЬ В ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЯХ

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
АвторСообщение
Индиго
Admin
Admin


Сообщения : 12102
Очки : 28072
Дата регистрации : 2014-01-12

СообщениеТема: ПАМЯТЬ В ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЯХ   Пн Июн 13, 2016 8:54 pm

ПАМЯТЬ В ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЯХ
 
Насколько обычный объем памяти человека доступен ему в осознанном сновидении? На этот вопрос трудно дать полный ответ, поскольку отдельные типы памяти можно протестировать, лишь изучив реакцию человека на конкретный стимул. Допустим, кто-то решил определить, насколько его знание французского языка в осознанном сновидении отличается от знания в состоянии бодрствования. Он может вспоминать названия отдельных предметов по-французски и пробовать складывать предложения. Но при этом рядом не будет никого, кто мог бы задавать по-французски независимые от сновидца вопросы или проверять, может ли он вспомнить названия предметов, отличных от тех, которые спонтанно возникли в его уме.
Поэтому обсуждать в данном случае можно лишь те области памяти, которые непосредственно связаны с распознаванием и управлением осознанным сном. Этот тип памяти можно развивать. Поначалу человеку может показаться сложным вспомнить в осознанном сновидении определенный предмет или понятие, но сделав это однажды, он сможет делать это в дальнейшем во всех остальных осознанных снах, или в большей их части.
Вот как высказывается по этому поводу испытуемый В:
Сначала мне было тяжело вспоминать в осознанных сновидениях о своем намерении сделать что-либо. Это продолжалось до тех пор, пока мне не приснилось несколько осознанных снов, в которых я вспомнил, что надо попробовать заняться телепатией (Телепатия – термин из парапсихологии, означающий чтение и передачу мыслей на расстояние без использования физических носителей информации. прим. перев.). А перед этим я хотел немного полетать. Но по-моему, как только я вспоминал что-то в осознанном сне, потом вспоминать это было уже легко. Я хорошо помнил все, что читал и думал о психологическом контроле над осознанными сновидениями. Казалось, что общие принципы вспоминать гораздо легче, чем конкретное намерение что-то сделать.
Конкретные факты вспоминались труднее и зачастую неточно (На самом деле я не сделал ни одной попытки внушить себе, что нужно вспомнить эти факты в осознанном сновидении). Несколько раз я делал ошибку — мне казалось, будто я сплю в знакомом месте, где я действительно обычно спал, но в ту конкретную ночь я спал в другом месте. Когда я переезжал из одного дома в другой, мои осознанные сны иногда «отставали» (хотя один раз я достиг осознанности как раз благодаря тому, что комната, где я стоял, находилась в доме, откуда я только что съехал).
По-моему, аналогичные трудности я испытывал и с вспоминанием своих планов на следующий день. Как-то раз я выбрал это в качестве теста на ложное пробуждение: как только мне покажется, что я проснулся, я должен спросить себя, каковы мои планы на сегодня, и что я делал вчера. Я думал, что трудность с ответом на эти вопросы будет признаком ложного пробуждения. Но попробовав применить этот тест в реальном случае, я так и не смог войти в осознанное состояние, потому что в голову пришла совершенно нелепая идея по поводу моих планов на предстоящий день. Проснувшись по-настоящему, я понял, что этот «план» был неточен, хотя и очень правдоподобен, если судить по моим привычкам. К сожалению, мне так и не удалось повторить этот тест, чтобы изучить связь со своими намерениями на следующие неделю, месяц и год. Тем не менее, еще до того, как я смог начать более «длительный» тест своих планов и намерений, я стал спонтанно отличать ложные пробуждения.
Общие психологические принципы и идеи относительно осознанных сновидений вспоминаются легко. Этот факт подтверждается опытом испытуемого С, который в своем первом осознанном сне провел следующую мысленную тренировку:
После ряда болезненных сновидений, в которых я постоянно убегал от кого-то, я увидел, как медленно еду куда-то и приезжаю к загородному дому среди деревьев. Первой мыслью было: «Наконец-то мне дали отсрочку!» (Эта и последующая мысль определенно носили юмористический характер, даже с оттенком сарказма и иронии). Затем я подумал: «Наверное, по Успенскому это можно квалифицировать как «сновидения пути». Следующая за ней мысль уже определенно пришла в период осознанности: «Не даст ли это сновидение больше свободы и ярких ощущений, чем обычные сны?»...Еще находясь в сновидении, я был удивлен (и восхищен) тем, что наконец мне удалось осознать себя. Я помнил, насколько сложным это казалось в состоянии бодрствования.
Следующий эксперимент был таким: я подумал о критерии Успенского, связанном с повторением своего имени во сне. Когда я попытался сделать это, мое имя как будто выпало у меня из памяти, и я почувствовал головокружение и прекратил опыт (Наверное, в тот момент я уже утратил осознанность).
Мысли, изложенные далее маркизом де Сен-Дени, свидетельствуют о доступности воспоминаний общего философского и психологического характера:
Пока я шел, совершенно ясно осознавая, что сплю, я размышлял об идеях М. Мори. Мне стало интересно, какая часть моего мозга в данный момент, по его мнению, бодрствовала. Он наверняка решил бы, сказал я себе, что весь мой мозг пребывает в бодрствующем состоянии, поскольку я точно могу сказать, что сейчас полностью управляю своими интеллектуальными возможностями. Я осознаю, что могу думать логически и вспоминать. То, что я читал о материалистических теориях и то, что я желаю наблюдать в связи с этим сновидением, я помню очень ясно![1]
Теперь давайте посмотрим, какую информацию о различных видах памяти мы можем извлечь из отчетов Фокса, Уайтмена, ван Эйдена и Успенского.
Оливер Фокс неоднократно отмечает, что он полностью осведомлен о своей бодрствующей жизни и о своей прошлой истории. Один раз он вспомнил о надвигающемся экзамене и попытался читать во сне конспекты (хотя эта мысль возникла не спонтанным образом в сновидческой памяти, — он действительно хотел увидеть это во сне). Следующий пример показывает, как ему удавалось вспомнить вид из своего окна:
Отдернув занавеску, мы с удивлением обнаружили, что шеренга домов напротив исчезла, а на их месте раскинулись голые поля. «Это значит, что мы спим, — сказал я жене, — хотя все вокруг кажется таким настоящим, а я ощущаю себя полностью проснувшимся. Дома не могли исчезнуть за ночь, да и посмотри на эту траву!»[2]
По-видимому, он был способен вспомнить свое имя, поскольку в отчете об одном из своих сновидений говорит:
Я заметил, что одет в форму армейского офицера, поэтому, проходя мимо очень красивого военного мемориала, повернул голову налево и отдал честь. Также я отдал честь солдату, проходившему мимо. Униформа была коричневой, но я не уверен, что она была британской. Тем не менее я полностью осознавал свое реальное физическое состояние; знал, что я — конторский служащий в министерстве, и что мое тело спит дома на Уорпл Роуд. Также я знал, что в армии был всего лишь рядовым.[3]
Оливер Фокс часто отмечал, что полностью осознает, где его спит физическое тело. Тем не менее, по крайней мере в одном случае он ошибся так же, как испытуемый В.
Оливеру Фоксу почти всегда удавалось вспоминать свои намерения относительно экспериментов, которые он хотел провести, и мест, которые он хотел посетить. Несмотря на то, что Фокс вспоминает из своей бодрствующей жизни больше деталей, чем любой другой испытуемый, эти детали носят достаточно общий характер, то есть, остаются неизменными на протяжении довольно продолжительного времени. Он никогда не упоминает о каких-то особых событиях, имевших место накануне или должных случиться на следующий день (его сон с конспектом является исключением, хотя возможно, мысль об экзамене доминировала в его уме какое-то время, после чего он предпринял волевое усилие, чтобы увидеть во сне конспекты).
Доктор Уайтмен очень подробно вспоминал свои психологические принципы и методы, но по характеру его сновидений невозможно сказать, был ли он способен так же детально вспоминать обстоятельства своей жизни. Однажды во сне он увидел женщину, которую принял за свою мать, не осознавая того, что физически она не была достаточно похожа, чтобы сделать такой вывод.
Доктор ван Эйден описывает свою память о дневной жизни в сновидениях как «почти полную». Следующие примеры показывают, насколько хорошо он запоминал общие характеристики физической реальности и мог сравнивать свои впечатления во сне с воспоминаниями об общих свойствах бодрствующей жизни (Этот момент также присущ рассказам других наблюдателей, особенно испытуемого В):
Мне снилось, что я плыву над ландшафтом с голыми деревьями, понимая, что стоит апрель, и я отметил, что ветви деревьев выглядели очень естественно. Затем, все еще находясь во сне, я сделал вывод, что моя фантазия ни за что не смогла бы создать такое сложное изображение, как движение тонких веточек, мимо которых я проплывал.[4]
Тогда я взял со стола красный фужер и стукнул по нему изо всей силы кулаком, одновременно осознавая, насколько опасным это было бы в бодрствующей жизни. ... Я взял разбитый фужер и выбросил его в окно, чтобы выяснить, услышу ли я звон. Я ясно услышал шум ...[5]
Следующие примеры из ван Эйдена показывают, что он не всегда точно вспоминает реальные события:
Я увидел, что мой брат сидит — он выглядел так же, как перед смертью в 1906-м году — и подошел к нему со словами: «Сейчас мы оба спим, ты и я». Он ответил: «Нет, я не сплю!» — и тогда я вспомнил, что он умер.[6]
Затем последовал второй период осознанности, в котором я увидел профессора ван Хоффа, известного голландского химика, которого я знал, будучи студентом. Он стоял в некоей аудитории, окруженный толпой студентов. Я подошел к нему, понимая очень хорошо, что он уже умер... но я сам казался себе моложе, чем был на самом деле.[7]
Успенский, основываясь на собственной теории сновидений, решил исследовать ассоциативные связи, приводящие к определенному сновидению. Такие ассоциации доступны для памяти так же, как в обычной жизни, а может быть, даже больше:
В «состоянии полусна» последовательность ассоциаций моего сна была вполне понятной: сначала ощущение стесненных ног, затем сигналы «болото», «трясина», «окошко», «особая мягкая грязь». Наконец страх, желание выбраться...[8]
Как я понял в «состоянии полусна», эти сны представляют собой сочетание двух мотивов, или воспоминаний. Первый мотив порожден моторной памятью, памятью направления. Сны о лестницах ничуть не отличаются от снов о длинных коридорах, о бесконечных дворах, по которым вы проходите, об улицах, аллеях, садах, парках, полях, лесах; одним словом, все это сны о дорогах, о путях.[9]
... И сейчас же черный котенок превращается в большую белую собаку. Одновременно исчезает стена напротив и открывается горный ландшафт с рекой, которая течет в отдалении, извиваясь, словно лента. «Любопытно, — говорю я себе. — Ведь ни о каком ландшафте речи не было; откуда же он взялся?» И вот во мне начинает шевелиться какое-то слабое воспоминание: где-то я видел этот ландшафт, и он каким-то образом связан с белой собакой. Но тут я чувствую, что если позволю себе углубиться в этот вопрос, то забуду самое важное, а именно: то, что я сплю и осознаю себя, т.е. нахожусь в таком состоянии, которого давно хотел достичь. Я делаю усилие, чтобы не думать о ландшафте...[10]
Припоминаю один сон, в котором по какой-то причине важную роль играла стая гусей. Кто-то спрашивает меня: «Хочешь увидеть гусенка! Ты ведь никогда не видел гусенка». Я немедленно соглашаюсь с тем, что никогда не видел гусят. В следующее мгновение мне подносят на оранжевой шелковой подушке спящего серого котенка, но очень необычного вида: в два раза длиннее и в два раза тоньше, чем обыкновенные котята. Я рассматриваю этого гусенка с большим интересом и говорю, что никогда не думал, что гусята такие необычные.[11]
Успенский не утверждает, что этот сон был осознанным. Он не всегда проводил четкое различие между обычными и осознанными сновидениями, поскольку считал, что просто наблюдает за сновидениями в своих «состояниях полусна». Однако нарушение памяти в случае с гусенком — случай, характерный именно для обычных сновидений, но не для осознанных. Общие выводы, которые можно сделать из этого, — что, по-видимому, доступность памяти в осознанном сновидении различается у разных людей и увеличивается по мере обучения осознанному сновидению. Тем не менее, общие психологические идеи и намерения вспоминаются легче всего, так же, как и общая информация о свойствах физического мира. Следующее, что приходит в голову сновидцу, — конкретные намерения, относящиеся к осознанному сновидению, и сравнительно неизменные обстоятельства его жизни. При этом наблюдается явное сопротивление воспроизведению в памяти самых недавних или очень конкретных ее деталей (они воспроизводятся неточно). Возможно, это сопротивление носит психологический характер и связано с неприятием идеи полной независимости сновидения от физического мира — идеи, являющейся, как мы увидим в следующей главе, одной из самых сильных помех логическому мышлению в осознанных снах.





[1] Hervey de Saint-Denys, pp. 358-359 (перевод на англ. автора)
[2] fox, p. 69.
[3] fox, p. 112.
[4] Van Eeden, p.446.
[5] Van Eeden, p.448.
[6] Van Eeden, p. 450.
[7] Van Eeden, p. 450-451.
[8] Ouspensky, p. 276. Цит. перевод Н.В. фон Бока, 1993.
[9] Ouspensky, р. 277. Цит. перевод Н.В. фон Бока, 1993.
[10] Ouspensky, p. 279-280. Цит. перевод Н.В. фон Бока, 1993.
[11] Ouspensky, p. 283. Цит. перевод Н.В. фон Бока, 1993.
Вернуться к началу Перейти вниз
 
ПАМЯТЬ В ОСОЗНАННЫХ СНОВИДЕНИЯХ
Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 1

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
Мир магии и мантики :: ДРУГИЕ ПРАКТИКИ И НАПРАВЛЕНИЯ :: Осознаные сновидения-
Перейти: